Эта лекция представляет Позолоченный век не как период утончённого экономического равновесия, а как жестокую, хищническую «Эпоху латунных кастетов». В 1860-х до конца века неоклассическая картина общества— гармоничная машина рациональных субъектов — фатально столкнулась с реальностью грубой силы.

Механика хищничества

Пока академические экономисты рисовали портрет рациональных субъектов, реальностью стала Великий бычий рынок движимый спекулятивной манией. «Публика, заметим, откликнулась с энтузиазмом; когда прошёл слух, что Гулд или Рокфеллер скупают акции железных дорог, меди или стали, публика бросилась запрыгнуть на халяву». Такое поведение показало, что рынок был полем битвы за «халяву», а не инструментом для труда.

Корпоративная война как физическая реальность

Накопление богатства было примитивной борьбой. В 1868 году: борьба Джея Гулда за железную дорогу Эри и «Борьбе за железную дорогу Олбани-Саскуэханна»враждующие фракции буквально сталкивали локомотивы друг с другом и сражались врукопашную в туннелях дубинами и латунными кастетами. «Официальная экономическая наука, одним словом, была апологетической и недальновидной; она отворачивалась от излишеств и необузданности, которые были самой сутью американской действительности».